tecurate.ru

Порно юные в трусиках сексуальных

Жизнь героев Суонберга, как всегда, страшно далека от внешних обстоятельств и замкнута на быте, временами — но совсем ненадолго — вспухающем до размеров экзистенции. Гостья, живущая в подвале, стилизованном под гавайский бар, напивается до потери сознания, нервно курит траву, сжигает сковородку — а в перерывах между приступами алконепотребства ободряет порно юные в трусиках сексуальных, выталкивая их из привычного контура забот, занятий и реакций.

Кажется, что вот-вот эта мелкая моторика даст мощный рывок сюжету, вытолкнет и его на новую орбиту жизнеосмысления — но. Каждый раз, приближаясь к опасному краю экзистенциального выбора, Суонберг отступает и отшучивается. Впрочем, что-что, а шутить он умеет: По духу же это — полуторачасовой потрет неловкости, смущения и кризиса идентичности, типичных болезней переходного возраста. Мы никогда не узнаем, лишилась ли Лайла в итоге девственности или нет, порно юные в трусиках сексуальных уже ясно, что играющая ее Джина Пирсанти становится новой Элен Пейдж во всяком случае, она продолжает работать в амплуа неспокойного подростка и уже снялась в новом фильме про девочек с проблемами — и беременностью.

Впрочем, тут неисправимые особенности физиогномики звезды превращаются в порно юные в трусиках сексуальных режиссерский прием: Оставшийся за кадром, где-то во младенчестве, развод родителей душераздирающая Патриция Аркетт и Итан Хоук, порно юные в трусиках сексуальных играющий карикатуру — а как еще выглядит в глазах сына отец, появляющийся раз в три месяца? Первый отчим, пара его детей. Стакан с виски, чудом не прилетевший в голову.

Переезды — к бабушке в Хьюстон, затем в крошечный Сан-Маркос. Травка, пиво, первый поцелуй. Тоннель в ухе, ногти, выкрашенные фиолетовым. Не меняющиеся с годами издевки старшей сестры. Первый день в колледже. Обычное, обусловленное ошибками взрослых детство под самые заезженные песни каждого проходящего лета в м за кадром играет Coldplay, в м — Soulja Boy.

Все как у всех, ничего нового под луной — что, как убедительно доказывает на протяжении трех часов Линклейтер, скорее счастье, чем проклятье. Играющий Мэйсона Эллар Колтрейн а с ним и все остальные меняется на глазах у зрителя — и как бы ни были банальны сюжеты, в которые его увлекают сначала внешние обстоятельства, а затем и первые самостоятельные попытки обрести мотивацию, в этих переменах нет ничего посредственного, серого, скучного.

Банальность у Линклейтера превращается в универсальность, монтажная склейка, этот инструмент смерти за работой, — в символ жизни, карандашную отметку роста на стене, три часа хронометража — в воспоминание, промелькнувшее за секунду.

Все одинаковы — и одинаково будут бороться со слезами узнавания к финальным титрам. Братья Сэфди, самые причудливые режиссеры условной мамблкор-волны, и выход из неизбежного мамблкор-тупика невозможности транслировать правду жизни в отсутствие откровенной драматизации, преувеличения, ловкой нарративной лжи нашли самый причудливый.

Если Суонберг, Дюплассы, Аарон Катц свое кино сгладили, чуть карикатуризировали, выведя из области экзистенциальной микродрамы к экзистенциальной же микрокомедии, то Сэфди, не поменяв метода, ушли от правдоподобного фикшена к недостоверному документу, от недогероев вымышленных к недогерою порно юные в трусиках сексуальных.

Фильм не пытается понять, что случилось это порно юные в трусиках сексуальных так понятно с первых кадров: Ленни сгубили лень, недалекость и жадные советчики-недорослии не судит так и не выросшего, судя по последним кадрам, Кука — с ним все и так ясно.